итак, работа редактора на две трети (ну, наполовину) — это не работа с издающимся текстом. а менеджерско-юридическая.
ты должен найти автора и окучить его. самотеком не так много чего-то стоящего в издательство приходит, так что надо искать. для этого, естественно, перелопатить тонны непригодного материала. и нашел автора — уговаривай. во многом тут зависит, какая у тебя (и соответственно, у авторов) направленность. авторы художественной литературы в основном желают опубликовать свои опусы, тут нужно уверить, что именно твое издательство предложит лучшие условия. но при этом, естественно, нужно не забывать о рамках, в которые тебя ставят финансовый и юридический отделы — просто гор золотых никто автору пообещать не даст. если же твое направление какое-нибудь историческое или естественно-научное (вообще научное), то чаще всего для начала измысливается тема. и потом ты ходишь по более-менее вменяемым чувакам, понимающим в теме, и уговариваешь их написать. рассказывая, опять же, как такая книга будет своевременна и жизненно необходима. если ты редактируешь детское направление, то тоже начинаешь шарить по пыльным закромам родины: а нет ли чего нового у известных, а не появились ли где новые какие чуковский или барто. художников-дизайнеров-иллюстраторов тоже не обходишь стороной, ибо сейчас в тренде т. н. книги художника. когда один человек и пишет, и рисует. если у тебя поделочная какая-нибудь тема (знаете, все эти вышивки, бисер, выпекания кексиков и прочий декупаж), то ищешь сначала автора именно изделий. и потом, опять же, начинаешь его уговаривать интересно описать процесс создания бижутерии из пластиковых бутылок и выдать пару-другую каких-нибудь профессионально-бутылочных секретов.
потом, когда вы вроде бы договорились, начинается, простите за тавтологию, работа над договором. туда-сюда-обратно. обсуждения прав, обязанностей и гонораров. при этом надо помнить, что ни в одном издательстве нет простой бухгалтерии, договора по миллиону раз переделываются и надо нигде не споткнуться.
потом встает вопрос картинок. счастье, если есть под рукой бильд-редактор. или худред. они могут помочь на первоначальном этапе. но все равно, каждую картиночку ты должен самолично обнюхать, помня при этом, что тебе сказали производственники: каких оно должно быть размеров и разрешения. ну и по смыслу, и чтоб красиво... тут тоже все зависит от направления: либо заказываем художнику (а ему еще надо объяснить, что требуется, и долго-долго с ним потом бодаться, и помнить, что за грань бюджета по проекту мы не выходим ни в коем случае!), либо ищем по правообладателям (банки, фотографы, архивы, музеи), либо тырим из интернета (места надо знать, чтоб не подкопались), либо пинаем автора (если он предоставляет картинки сам).

Итак, наступает счастливый момент: автор присылает рукопись. Наконец можно работать с текстом! Который, как выясняется очень часто, к выпуску в первоначальном виде непригоден. Ибо автор имеет интересные идеи или компетентен по теме, но от русского далек как от марвелов. Или у автора столько всего в голове, чем ему хотелось бы поделиться, что он постоянно теряет нить повествования. Потом находит — страниц через двадцать, но для читателя это уже очевидно поздно. Или язык изложения грамотный, но выхолощенный и скучный. Или структура текста не подходит под серию, в которой планируется текст издавать (хотя ты автору все это популярно объяснял еще до того, как). Или текст по стилю не подходит для целевой аудитории: автор пишет старомодно, а у вас тут вообще-то подростковая серия. Или, например, в книжке про животных для самых маленьких присутствуют всякие "млекопитающие" и "сухопутные" — а дети, на возраст которых книга рассчитана, еще не знают таких слов, и все это требуется тщательно вычистить и заменить. Если текст специфический, его могут отдать просмотреть консультанту и/или методисту. С ними и с результатами их деятельности тоже приходится работать редактору.
Ну, и вот тут начинается то, что в мультифандоме иногда доверяют гамме. То есть, в реальной жизни данная работа выполняется до того, как за текст принимается корректор (по фикрайтерской терминологии бета). А насколько я знаю — и как следует из самого названия — гаммы фики читают третьими. Уже после автора и беты. Что при хорошей работе гаммы сводит первоначальный труд беты на нет. Именно поэтому очень хорошо, когда уже бета может указать фикрайтеру, что основная проблема с его текстом не в запятых. Восхитительно, если автор к ней прислушается.
Теперь нужно убедить автора исправить творение. Сделать это непросто, и объем электронной переписки зачастую превышает объём издаваемого произведения. Бывает, редактору приходится текст буквально переделывать. Не непременно и не весь. Но кусками — довольно часто.
В мультифандоме такую работу авторы фиков не позволяют делать никому. Ну, или почти никакие авторы почти никому.
Особенно, конечно, это касается всякого нон-фикшена, но и с художественной литературой случается. Конечно, тут тоже многое зависит и от направления (какой именно это текст, научпоп или художка), и от надежд, которые издательство возлагает на книгу, и от договора с автором (особо маститые могут настаивать на нетронутости текста ни в какой степени).
Когда с автором обо всем договорились, он поправил, что смог, редактор тоже "нагаммил", рукопись отдается корректору. (Тут производственный процесс может нарушаться, иногда книжку сразу толкают на верстку, но об этом чуть позже.) Корректор ее читает и ловит все, что найдет. Опечатки, ошибки, повторы, унификацию, проверяет имена и даты, предлагает варианты замены неблагозвучных или неудачных смысловых конструкций.
Затем редактор просматривает корректорские правки, отменяет те, с которыми не согласен и отдает книжку дизайнерам и верстальщикам.
Потом он смотрит на предложенный и утвержденный артдиром (или кто в издательстве главный по визуальной части — называться это может по-разному) дизайн и комментирует, исходя из пожеланий автора. С которым уже почти сроднился.
Потом, когда текст сверстан, может возникнуть работа по впихиванию его в прокрустово ложе макета. Тоже в большей степени касается не художественных текстов, а научно-популярных и детских. (Там зачастую происходит побуквенное переписывание, дабы текст вошел в отведенное для него место.) Но и в художественном редактора подстерегают всякие сюрпризы. Скажем, возникновение т. н. "висячих строк" — это когда или на полосе в самом низу от очередного абзаца остается одна строка или когда на следующую полосу переходит только одна строка от абзаца. Тогда надо что-нибудь где-нибудь добавить или убрать, чтобы исправить ситуацию. Или если в дизайне предполагаются буквицы, а как назло предложение начинается с даты или числа — тут нужно перефразировать. А если издательство заботится о красоте верстки, то и концевые строки абзацев стараются догонять до трети, и не всегда это получается сделать чисто техническими способами.
После верстки книга идет опять корректору, а редактор отправляет макет автору — чтобы тот посмотрел и проверил. Посмотрел на макет и проверил, все ли везде правильно. И автору может не понравиться, как его книгу визуально воплотили в жизнь! Все переговоры по поводу сего прискорбного случая тоже лежат на плечах редактора. Потому что где-то издательство может пойти на изменения, а где-то решительно нет.
Параллельно редактор принимает участие в утверждении обложки. Это отдельная головная боль, очень большая и очень отдельная.
После корректора снова просматривается текст. И картинки тоже. Возможно, где-то их придется заменить. Возможно, для этого опять придется пинать автора или шерстить фотобанки. И мы догадываемся, кто этим будет заниматься.
Наконец, хвала богам, книга уходит в печать.
Теперь у редактора тоже много интересных занятий. Например, если картинки к книге поставлял автор и в договоре прописано, что за них он получает отдельно оплату, их надо обсчитать. Если есть бильд- или худред — это делают они. И то зависит от того, как в данном конкретном издательстве заведено. Если худреда нет или в данном учреждении ему в обязанности это не вменяют, обсчет и составление договора, равно как и утверждение в бухгалтерии суммы — работа редактора.
Потом он еще должен будет ходить в бухгалтерию и пинать ее сотрудников: мол, пора бы уже выплачивать автору гонорар. Ну хоть частями.
Потом он должен будет проследить, чтоб автор получил свои авторские экземпляры. Тут тоже существует множество нюансов: скажем, договор составлен таким образом, что часть гонорара выдается автору книгами по себестоимости — а он их потом сам продает, как и где хочет. Редактор должен все организовать. Вот конкретно: когда привезут, сколько, куда подъехать.
Если к выпуску книги планируется какая-то особая пиар-компания, редактор, конечно, тоже принимает в ей участие наравне с рекламным отделом.
Когда книга начала продаваться, редактор мониторит как минимум интернет-площадки (типа "Лабиринта"), как именно идет дело. Организует отзывы. Опять же, наряду с рекламным отделом, ибо отдел может быть небольшим, а книг много, а редактор уж точно знает, что про книжку сказать. Как минимум, он пишет рекламный текст-аннотацию, которую затем издательство размещает у себя на сайте.
Еще по поводу издания у читателей могут возникать всякие мысли — от негативных до восторженных. Письма от публики, приходящие в издательство, непременно переправляют редактору.
Если автор постоянный и сотрудничает с издательством давно (или он особо ценен), редактор не забывает поддерживать с ним светскую связь: посылает ему поздравления и подарочки ко дню рождения и Новому году.

Но самое главное, что таких проектов одновременно у редактора всегда несколько!