Евгения, 38 лет

Принимает гормоны, разрешения на смену документов пока нет.

У меня только в 30 лет появилась возможность выхода в интернет, так я узнала о транссексуальности, познакомилась с транссексуальной подругой, которая, как и я, была из Ставрополя. Грубо говоря, я так и жила долгие годы с тем, чему не знала названия.

А проявляться это начало, как и у всех, с детства, одежда привлекала, была эмоциональнее, чем мальчики, не такая бойкая, как они, не умела дать сдачи. В школе было тяжело, надо мной издевались постоянно, травили. Да о чем тут говорить? Я когда училась, у нас в классе был мальчик с небольшими отклонениями, и его во время одной из перемен изнасиловали в туалете. Такой вот там контингент был в школе. А когда я начала немного отращивать волосы, ко мне прямо и подходили на улице с вопросом: «А не п*дорок ли ты?»

В этом году я поменяла в паспорте фотографию, потому что на предыдущую все реагировали обычно так: «Девушка, это не ваш паспорт». С новой фотографией в паспорте уже год не могу устроиться на работу. На моей последней официальной работе меня просто затравили. Когда начал меняться внешний вид, начались проблемы. Мне поступали угрозы, была взломана моя переписка, которая лежала распечатанной прямо на моем столе, чтобы я знала, что ее взломали. Вот такое отношение. Пришлось просто уволиться. Сейчас уже год не могу найти работу, везде отказ, отказ, отказ. Если я по телефону начинаю говорить, кто я такая на самом деле, одни тут же бросают трубку, не дослушав. А если прихожу на собеседование, то, пока не показываю паспорт, все идет нормально.

Вот сегодня была на собеседовании, позвонила в пятницу насчет работы курьером, от 15 тысяч, на большее не замахиваюсь. Попала на директора фирмы непосредственно, все нормально, спросил, работала ли я. Дальше рассыпался: «Пожалуйста, приходите в понедельник на собеседование, если все нормально, можете тут же приступать к работе». А когда приехала и начала объяснять, какая сложность у меня с документами, прозвучала такая фраза: «Вы знаете, у нас тут еще начальники отделов, у них могут быть с таким случаем проблемы, я вам перезвоню завтра». Конечно, он не перезвонит. А если сознательный, то все равно получу очередной отказ. Я уже просто в отчаянии, если честно.

Я живу на съемной квартире с подругой, я не знаю, что мне делать. И не знаю, как изменить ситуацию. На все нужны деньги. Комиссия, которая выдает разрешение на коррекцию пола, стоит 35 тысяч. Операция по удалению яичек — еще 25 тысяч. То есть получается, чтобы сменить документы, мне нужно заработать деньги, а чтобы заработать деньги, мне нужно устроиться на работу, а из-за этих самых документов на работу никто меня не берет. Все, замкнутый круг. Если бы не подружка, которая фактически оплачивает за меня часть жилья, я бы просто сдохла на улице.

Это и выталкивает транссексуалок в среду проституции, а не потому, что мы такие развращенные. Куда человеку идти? В провинцию вернуться? Там и убить могут, что неоднократно происходило. И куда мне идти? В проститутки? Так я старая. Все, мне остается только под поезд. Сейчас живу на мамину пенсию.

Вот скажите мне, какая разница, какой там паспорт, когда ты возишь картриджи? Я устала. Если не найду работу, не останется другого выхода, кроме как шагнуть на рельсы. А что мне еще остается делать? Домой не вернусь, там ни работы, ни жизни.
www.colta.ru/articles/society/1345#ad-image-0